К основному контенту

Типа запретили. Как после случившегося в Иркутске белорусский Минздрав решил перестраховаться



Из российского Иркутска пришли печальные новости – в городе случилось массовое отравление какой-то суррогатной спиртосодержащей бодягой, в названии которой фигурировало слово «боярышник». СМИ сообщают, что количество скончавшихся уже перевалило за полсотни, ещё примерно столько же человек находятся в больницах в состояниях разных степеней тяжести.

На фоне этих событий в соседней стране белорусские чиновники от здравоохранения решили поиграть в инициативность, а на самом деле – просто перестраховаться на случай, если что-нибудь подобное произойдёт и у нас. И от греха подальше объявили о ряде ограничений на реализацию «спиртосодержащих лекарственных средств».

Среди препаратов, попавших в немилость, – настойки пустырника, валерианы, календулы, злополучного боярышника, а также муравьиный спирт. Отныне в дневное время фармацевты должны отпускать в одни руки не более одного флакона, а ночью – и вовсе отказать в продаже и предложить в качестве альтернативы «аналоги в иных лекарственных формах».

Звучит красиво. На деле же это означает лишь то, что днём в одном чеке должно значится не более одной единицы какой-либо из настоек. И ничего не мешает страждущему выйти на улицу, опрокинуть купленный флакон и вернуться назад за новым. Это признал и замминистра здравоохранения Вячеслав Шило в интервью tut.by: «Аптечный работник может провести профилактическую беседу, но ограничить покупателя от повторной покупки спустя несколько минут фармацевт не может. Мы живем в демократичной стране».

Перечень же «аптечной алкашки», указанный в рекомендательном письме Минздрава, значительно уступает реальным вкусам потребителей этого пойла. Не знаю, чем руководствовались чиновники при составлении своих рекомендаций, но сдаётся мне – просто выбрали наиболее понравившиеся им названия. Потому как, судя по пустым флаконам возле аптек рядом с моим домом, куда большим спросом у местных «гурманов» пользуются российские бальзамы и настойки, о которых в письме нет ни слова. Например – «Ламавит» или «Московия». А значит, приобрести их в ночное время не составит труда.

Я даже скажу больше. Попробуйте как-нибудь ночью подойти в работающую аптеку, скажите, что «не хватило», и спросите, чем бы это можно было догнаться, чтобы без особых последствий. Так вам не только огласят список похлеще, чем ассортимент винно-водочного магазина, но ещё и подскажут, от каких препаратов отходняк не такой лютый.

Кстати, про упомянутый выше бальзам «Московия» лично я впервые услышал вовсе не от конченого алкаша, стреляющего на него деньги под аптекой, а от знакомой-провизора. Было это во времена, когда действовал запрет на реализацию алкашки ночью. И вот она рекомендовала коктейль «московия-кола» на тот случай, если ночью душа будет просить продолжения, а взять негде.

Всё это я к тому, что в попытках изобразить бурную деятельность, Минздрав явил на свет очередную филькину грамоту – документ, который по существу ни на что не влияет. Днём потребитель аптечного пойла всё так же, без проблем, купит нужное ему количество флаконов, а ночью – возьмёт то, чего нет в стоп-листе. Так и хочется спросить: ну и что это было?

С другой стороны, попробуй Минздрав реально повлиять на ситуацию с потреблением аптечных настоек в качестве замены магазинного бухла, всё равно ничего у него не вышло бы. Тут же нашлись бы дельцы, которые снабжали бы всех желающих из-под полы либо теми же настойками, но за чуть более высокую цену, либо (что куда более вероятно) – такой же суррогатной дрянью, от которой в Иркутске на тот свет отправились более 50 человек.

Комментарии

САМОЕ ЧИТАЕМОЕ НА DPONAIR.RU:

Неопубликованное интервью с Яцыной Павлом («Красная плесень»)

Страсти по «Агате Кристи», или Почему ностальгировать по группе лучше на концертах Вадима Самойлова

«Зарплата в 100 долларов меня не устраивала». Белорус предпочел «стабильности и процветанию» службу в Иностранном легионе. Его история

Кирилл Немоляев («Бони НЕМ»): «Музыка по жизни должна быть сайд-проектом». Отрывки из интервью 2010 года